Танк на месте. А где танкисты?
Написал Вячеслав Рыбников   
11.12.2016
ImageВ предыдущем своём очерке «Рядовой Пересидюпкин …»,  касающемся показухи  в состоянии воинских захоронений, я коснулся, как примера,  всего лишь одной  довольно далёкой от глаза наблюдателя братской могилы, хотя и достаточно ёмкой по количеству погибших – захоронения бывшего  посёлка Дубровский Багриновского поселения.  Возможно некоторые, прочитавшие этот очерк, подумали, что написал я его в разрезе полемики с краеведом А.М. Полынкиным. Возможно, посчитали частной проблемой, касающейся только этой братской могилы, хотя в очерке идёт сопоставление данных и разбор путаницы не только близлежащих могил, но и соседнего района, а также соседней области. Как бы там ни было, но вселенское молчание продолжается и никаких действий не видно. Посему, я решил ещё раз поднять данный вопрос, и подойти к нему несколько с другой точки зрения. Показать ту же показуху и путаницу на основе примера общедоступного, известного и прекрасно видимого, к которому относятся всеми обозреваемый танк, стоящий на бывшей Одерской площади города.

Внешне всё, как бы действительно, впечатляет. На постаменте в углу парка стоит  красивый танк Т-34, к которому для  эффекта в прошлом году подвели газ и зажгли Вечный огонь. Это, я понимаю, как дань памяти погибшим за освобождение города танкистам. Вот только погибших танкистов что-то не видно.  В целом понятно:  и танк, и огонь – это  как эмблема, мол, ПОМНИМ.  Но помним ли?
 
Вообще, с памятью у болховчан не так, чтобы уж очень. Поэтому в силу характерного для нас своемерства все с утроенной силой, и чуть ли не скандируя, твердят:  «Никто не забыт, ничто не забыто!». Ну, а что толку? По публикациям родной газеты приходится наблюдать, что «ничто» – вроде бы как в памяти теплится, и то не достаточно ясно, а уж «никто» – забыт окончательно и бесповоротно. В этом может убедиться любой, зайдя в читальный зал районной библиотеки.

Image 
Болховская реликвия
 
В библиотеке есть краеведческая папка № 42 с названием «Скверы, парки…», где сконцентрирована вся информация,  естественно в вырезках из газет, связанная с созданием сквера Победы. Здесь же отражена и история установки танка на пьедестал. Ещё в 1998 году С.Светлова (возможно, это псевдоним), в очерке «Проехал танк по городу» («Болховские  куранты»,  №74) всё это довольно подробно разобрала и описала: как тогдашний глава  города Болхова, а теперешний почётный его гражданин,  В.Н.   Шичаокин своим ходом загнал танк на постамент вечной стоянки. Информация, видимо, шла от него самого. Материал, в принципе, чисто краеведчески довольно интересный.  Но из него видно, что человек, загонявший туда танк, и автор статьи не понимали, для чего всё делалось и что это за танк. В данном очерке есть несколько ссылок на танковый корпус Уральских добровольцев, в честь боевых действий которого, якобы установлен танк, а также на офицеров этого корпуса, принявших участие в организации его установки.
  
После прочтения, данного материала можно прямиком отправляться к самому танку и прочесть на его постаменте нижеследующее: 
 
Image 
 
Ввиду чего, поясняю, что 30-й Уральский добровольческий корпус в состав 61-й армии П.А. Белова не входил, никакого отношения к 68-й ОТБр не имел и не вёл бои в самой черте города. Он прорывал оборону немцев к западу, преодолевая реку Орс, и к юго-западу от города в составе 4-й танковой армии В.М. Баданова, и был введён в бой в 18:00 27 июля 1943 г., в то время, когда войска Белова завершали бои за болховские кварталы. Тут, кстати, нужно заметить, что информация памятной доски на танке не совсем верна: 68-я танковая бригада участвовала в боях за освобождение Болхова всего 4 дня: с 22 по 25 июля, а 26.07.43 она, совершив 40 км марш, была передана в поддержку оперативной группы генерала Халюзина в район Тельчье-Бол. Дежкино.
 
К чему бы это я обратил внимание на столь «древний» очерк? Как говорится: «Кто старое помянет тому глаз вон»!  Дело тут вот в чём. Уважаемый Владимир Николаевич в прошлом году, видимо, не желая отдавать свой приоритет в благородном деле формирования современного вида сквера Победы, выступил с интересной заметкой под названием «Не искажать факты» («БК», № 31 от 15.04.15). В ней он как раз описывает историю установки танка, и в ней же он продолжает пытаться ввести нас в заблуждение по поводу Уральского добровольческого корпуса, поскольку о 68-й ОТБр не говорит ни слова, но исподволь  навязывает идею связи танка с этим  корпусом, когда пишет, что в его честь были переименованы улицы. Хотя танк, действительно, всем своим видом устремлён на улицу Добровольцев Урала, к ней и 30-му Уральскому танковому корпусу он не имеет никакого отношения.

Image 
 Репортаж А. Венедиктова в газете
 
В той же заметке Владимир Николаевич, видимо, сам впадает в искажение фактов, когда пишет:  «В 1977 г. танк Т-34 доставили на базу ЖКХ… В следующем году я приехал на нём к скверу Победы». По очерку С.Светловой никакого временного промежутка в год не было, как не было ссылки и на данный год. В нём говорилось лишь, что танк установлен к 38-летию Орловско-Курской битвы, а это, извините, не 1978 г., а уже 1981. Свою лепту в путаницу по сроку установки танка внес не один Шичаокин, а с благословения редакторов «Болховских курантов»,  многие. Сотруднику библиотеки Е.Е. Краснопёровой понадобились неординарные усилия, чтобы во всех этих перипетиях памяти разобраться. Теперь однозначно можно говорить, что открытие монумента состоялось в воскресенье 26 июля 1981 года.  Потом уже было найдено и документальное подтверждение этого в виде репортажа А.Е. Венедиктова об открытии танка-памятника погибшим воинам бригады с названием довольно спорным в настоящее время – «Над памятью время не властно».

То, что память в этом плане подводит не только бывших мэров, но и теперешнюю администрацию Болховского района можно убедиться на самом её сайте, где в разделе «К 70-летию Победы» размещён материал «Воинские захоронения». Уже в конце первого  абзаца данной «Информации…», где перечислено количество воинских могил можно прочесть о наличии на Аллее Славы по ул. Тургенева памятного знака в честь 10 гвардейского танкового корпуса  добровольцев Урала. Поскольку в сквере Победы, где находится  Аллея Славы, о танкистах напоминает лишь танк, то таким памятным знаком может являться только он. Если уж у самой администрации память так трансформировалась, что она ничего не помнит,  что тогда говорить о простых гражданах!

Для прояснения того, почему, собственно, танк был установлен воинам 68-й ОТБр, кратко коснёмся её освободительной миссии в нашем крае. Действительно, в самом Болхове бригада вела бои  всего лишь 4 дня. Но с началом наступления 12 июля от линии фронта до самого города нужно было как-то ещё добраться. А вот как её танкам это удалось, честно  говоря, – уму непостижимо! Прорывала она оборону на участке мощнейше укреплённого Кривцовского оборонительно узла немцев (Пальчиково-Толкачёво), гораздо более сложном, нежели участок прорыва перед 11-й гв. армией, где действовал Уральский корпус. Параллельно 68-й ОТБр на этом направлении прорывался к дороге Орёл-Болхов 20-й танковый корпус. Так этот корпус, состоявший не из одной, а из нескольких танковых бригад, на небольшом участке от района Кривцово до деревень Селихово, Милятино, Анчаково немцы практически весь выбили. Вот такая у них на этом направлении была оборона! От Толкачёво до Болхова бригада продиралась  сквозь эту оборону 10 дней, ведя танковые бои в районе Пальчиково, Хмелевой, Новая Деревня (Багриново), Кишкино, Перцевский, Кочерево, Новолутовиновский, Лутовиново. На Зарецкую танки бригады ворвались в 4:00 22.07.43 и после уличного боя отбросили противника за реку Нугрь. Перед началом наступления 12.07.43 бригада имела 43 боеспособных танка, но за десять дней боёв количество их снизилось до 16 (из них Т-34 – до 8). Но она всё-таки к Болхову прорвалась, в отличие от 20-го танкового корпуса. 
Так что с сущностью тезиса «Ничто не забыто», думаю, мы разобрались. Теперь займёмся вопросом – «Никто не забыт».
   
Понятно, что за 10 дней, кроме техники, немцы в достаточном количестве вывели из строя и людей бригады. В репортаже А.Е. Венедиктова есть цитата из выступления А.Ф. Маскинского – председателя совета ветеранов 68-й ОТБр, где говорится, что на болховской земле похоронено 400 их боевых друзей. Если понимать под этим числом, танкистов 68-й ОТБр, то, думаю, это сильное преувеличение. За период летних боёв 1943 года по данной бригаде я нашёл только два именных списка погибших: №26240 за период с 10 по 22 июля на 69 человек (10 из них захоронены в Будоговищах Тульской обл., 16 сгорело в танках, двое пропали  без вести, один попал в плен, несмотря на то, что значится погибшим) и №29619 с 25 по 30 июля на 12 человек. Однако, проследить путь 68-й бригады от границы Болховского района до самого города по могилам практически невозможно, поскольку могил танкистов, в общем-то, нет. Вернее, я их нашёл единицы: два еврея (Гельман Михаил Аронович – Болхов и Грингауз Абрам Викторович – Багриново) и один русский (Елаксин Пётр Петрович, занесённый в список Багриново в 1986 г., и то, видимо, потому, что женой его была еврейка Лейб Н.С.). Это я привожу не в шутливой форме, что танк «поставлен трем евреям», а для того, чтобы показать, что в еврейских семьях, в отличие от нас, трогательно относятся к памяти родных, павших за Родину, поскольку родственники позаботились их найти. И ещё, это говорит за то, что нам на всё наплевать, как в плане родственном, так и в  национальном тоже.
 
Image 
Так оказался захороненным один из танкистов  
 
К сожалению некоторых из погибших нет даже в донесениях бригады, но фамилии их можно выяснить по журналу боевых действий 68-й ОТБр, наградным листам или послевоенным донесениям. Это, в частности, относится к лейтенанту Олейнику В.С. и ст. лейтенанту Ленченко В.Н. погибшим 25.07.43 непосредственно в Болхове. Последний из них за эти бои в самом городе, освобождение его ротой 3 городских кварталов,  награждён орденом Отечественной войны I степени. 
 
Гибель ещё двух танкистов 68-й ОТБр, уже русских, Орловский военкомат странным образом решил отметить, одного из них – Гаранинова Н.В., поместив почему-то в могилу д. Хмелевой Ливенского р-на, а другого – Острикова Н.С. (видимо, как уроженца Орловской обл.) в могилу с. Трофимово Дмитровского района, хотя он сгорел в танке в Болховском. А остальные танкисты реально (при наличии всех документов) захороненные в могилах деревень Кривцово, у Пальчиково, Карагашинки, Новой Деревни, Багриново, Кишкино и  в самом Болхове из поля зрения военного ведомства просто выпали.
 
А ведь многие из них за эти бои награждены орденами и медалями.     
 
Вот так воплотился в жизнь и второй тезис «Никто не забыт».
 
Теперь поговорим о самом танке-памятнике. С.Светлова в очерке пишет о том, что танк Т-34 по просьбе ветеранов Уральского корпуса Министерство обороны  выделило из наличных в Забайкальском военном округе. В этом плане  я склонен больше верить В.Г. Сапелкину, который утверждает, что данный танк непосредственно участвовал в боях 68-й ОТБр на нашей земле. О том, что этот танк не рядовой, а именно РЕЛИКВИЯ, указывал в своём выступлении А.Ф. Маскинский, тоже, кстати, почетный гражданин г. Болхова (см. репортаж Венедиктова). Не думаю, что в столь огромной стране, танк Т-34 по тем временам можно было найти только глубоко в Сибири. Скорее всего, ветераны 68-й ОТБр каким-то образом его отыскали и предложили установить, ведь инициатива исходила от них. Подтверждает мои рассуждения тот факт, что на башне танка написан номер – 22. Такой номер носил танк комбата первого батальона капитана Ивана Петровича Литаша, погибшего смертью героя в боях за деревню Хмелевую 12.07.43, захороненного на Тульской стороне в д. Будоговищи и награждённого за этот подвиг орденом. Честно говоря, когда читаешь его наградной лист, то удивляешься – почему за прорыв такой обороны, такое количество подбитых немецких танков (их 9) и других уничтоженных огневых средств  и техники врага ему дали всего лишь орден.      

Image 
Из наградного листа капитана Литаша И.П.
 
Танк, покрашенный свежей краской, стоящий на виду у всех горожан на красивом постаменте с зажжённым Вечным огнём говорит лишь только: «Мы помним, что здесь была война» и не более того. Сама же героическая реликвия оказалась забыта. О какой такой условной памяти может идти речь, если за 35 лет после открытия памятника никто не задался целью выяснить, почему на башне легендарного танка стоит этот номер, никто не заинтересовался судьбой его героического экипажа, судьбой других отважных танкистов (хотя бы тех из них, фамилии которых даны в репортаже 1981 года), погибших на нашей земле ради того, чтобы мы на ней жили. Никто не захотел найти их могилы и поклониться их памяти. Почему я об этом с такой уверенностью говорю? Потому, что на памятниках нашей болховской земли танкистам, погибшим за её освобождение, МЕСТА НЕ НАШЛОСЬ.    


Последнее обновление ( 11.12.2016 )